XX век нигде не закончился – он ещё болит

5 / 2018     RU / ITA / EN
XX век нигде не закончился – он ещё болит
Ольга Мартынова российско-немецкая поэтесса, прозаик, эссеист
О том, почему Россия никак не может отпустить советское прошлое, а Запад по-прежнему возвращается к риторике холодной войны.

LT: Ольга, какая часть вашей жизни и творчества принадлежит России, а какая — Германии?

ОЛЬГА МАРТЫНОВА: Моя семья из Ленинграда. Но поскольку отец был журналистом, то родители много ездили по стране. Я родилась в городе Дудинке Красноярского края, потом мы жили в Калмыкии, Осетии — в разных местах. Позже я сама совершила большое путешествие автостопом: из Ленинграда через Украину на Байкал. Закончила я Ленинградский педагогический институт имени П. А. Герцена, но, по сути, образование мне дали книги и замечательные люди, окружавшие меня с самого детства. В юности я принадлежала ко второму поколению ленинградской неофициальной литературы, частью которое в разное время были Иосиф Бродский, Леонид Аронзон, Александр Миронов, Елена Шварц, Виктор Кривулин и другие. В позднее советское время среди «неофициальных поэтов» Ленинграда были известны имена Валерия Шубинского и Олега Юрьева, которого я считаю одним из лучших поэтов, прозаиков и драматургов нашего поколения. Хотя, может быть, это нескромно прозвучит, ведь Олег Александрович — мой муж. Вместе с ним в 1991 году мы переехали в Германию, сейчас живём во Франкфурте-на-Майне, и наша деятельность по-прежнему связана с литературой — как русской, так и немецкой. Наш сын Даниил владеет обоими языками, занимается литературными переводами и входит в общество молодых немецких поэтов.

А вы сами больше относите себя к российским авторам или к немецким?

Я — немецкий писатель с огромным багажом русской литературы. Стихи я пишу на русском, потому что мне не хочется чувствовать, что я предала родной язык, — всё-таки богатый литературный опыт родной страны очень важен.

Но насколько полезно такое взаимопроникновение литературных традиций разных стран? Не размывает ли оно, в конце концов, национальную культурную идентичность каждой страны?

Космополитизм меняет культурный срез — это правда. Но меняет в лучшую сторону. В Германии очень много молодых писателей, которые имеют российские, восточноевропейские, турецкие, еврейские и даже японские корни, но я бы сказала, что это только обогащает немецкую культуру и, в общем, является совершенно нормальным для развитой цивилизации. В античном мире — в Греции, в Риме — также было много авторов со всего мира. Да и советская литература охватывала всю советскую географию. Один из лучших писателей Советского Союза Фазиль Искандер был родом из Абхазии и очень много писал об этом крае. Современная Россия также является многонациональной страной, и если представители разных народов пишут свои книги или статьи на русском языке, — значит они любят этот язык и способствуют укреплению национальной культуры.

На одной из ваших творческих встреч в Новосибирске был поставлен такой вопрос: «Какие перемены сейчас происходят в Германии, в Европе и во всем мире?» Звучит очень масштабно, но о чем именно шла речь?

Мы живем в эпоху таких быстрых перемен, что уже уловить и сформулировать эти перемены было бы большим достижением. Людям во всём мире тревожно и страшно: очень многие не понимают, что происходит, и живут в состоянии неопределённости. И в связи с этим я написала целую книгу эссе, главная мысль которой сводится к тому, что чем меньше мы в данный момент формулируем, тем лучше для нас самих. Есть очень хорошие труды немецкого философа Теодора Адорно, который эмигрировал в США во времена национал-социализма и долгое время пытался объяснить, как прекрасная европейская цивилизация пришла к ужасу, ставшему для него личной катастрофой и крушением привычного мира. В одной из его книг есть замечательная глава под названием «О тех, кто знает». В ней он описал людей, которые думают, что они всё знают, и никогда не сомневаются в своём мнении. Эти люди, по его мнению, тоже несут ответственность за все исторические катастрофы. Каждый человек должен отдавать себе отчёт в том, что он не может быть экспертом во всём. Не нужно, например, ввязываться в политическую дискуссию, если ты ничего не смыслишь в политике, — это лишь повышает уровень агрессии в обществе. Поэтому в своей книге эссе я также призываю людей меньше думать о том, что им известно всё на свете, и больше заниматься самообразованием. Я также говорю о том, что нам всем нужно опасаться лозунгов, категоричных формулировок и коллективного воодушевления: оно всегда опасно, по какому бы поводу ни происходило. Всегда лучше немного отойти и посмотреть на ситуацию со стороны.

Деятели культуры тоже не должны вмешиваться в политику?

Сложный вопрос. Я всегда говорила, что писатель должен писать книги, а музыкант – играть на музыкальных инструментах. Но с другой стороны, каждый человек на своём месте должен делать всё, что он может, чтобы изменить ситуацию к лучшему. Роман, который я пишу сейчас, мне пришлось отложить в сторону, чтобы написать книгу эссе. Причём я делаю это даже не как писатель, а как человек, который имеет возможность видеть мир с разных сторон (как минимум в контексте русской и немецкой культуры) и может попытаться снизить уровень агрессии

Иногда возникает чувство, что эта самая агрессия — мрачный привет из XX века: Россия никак не может пережить сталинскую эпоху, Германия то и дело мысленно возвращается во времена Третьего рейха.

Вы совершенно правы: XX век нигде не закончился, и он ещё болит. Эпоха заканчивается, когда перестаёт вызывать споры, и это очень интересно, почему мы по-прежнему спорим о прошлом. Еще интереснее, может ли этот спор закончиться без какой-нибудь катастрофы. Был такой очень хороший сербский поэт Милош Црнянский, участник обеих мировых войн. После Второй мировой войны он продолжал писать о первой и заметил, что люди, пережившие прошлую войну, не хотят слушать рассказы о позапрошлой. Весь XX век со всеми его катастрофами — это прошлая война, и может ли она уйти в тень, не став позапрошлой, — я не знаю. Хотя очень надеюсь, что это возможно. Можно предположить, что Россия до сих пор так бурно дискутирует по поводу личности Сталина, потому что СССР рухнул слишком внезапно и огромное количество людей были к этому не готовы. Но почему же новые правые возникают по всей Европе? Почему аналогичные проблемы есть в США или в Индии? Очевидно, мировое сообщество так и не решило свои старые проблемы — если посмотреть на карту с высоты птичьего полёта, то вся Земля окажется планетой невыученных уроков. И в этой ситуации люди почему-то расслабились, предоставив решать судьбы мира политикам, хотя это неразумно — перекладывать всю ответственность на группу политических лидеров, в которой далеко не все являются профессионалами и порядочными людьми.

Надеясь на мирный исход, в действительности вы его допускаете?

Давайте вспомним ситуацию перед Первой мировой войной. Я думаю, что тогда обычные люди в России, Германии, Австрии, Франции были искренне воодушевлены и так же искренне друг друга ненавидели. А сегодня, как мне кажется, этого нет. Простые люди — ни в России, ни в Европе, ни в США — не хотят ни холодной, ни горячей войны. В Германии никто не испытывает ужаса перед Россией, не воспринимает всерьёз сравнения Путина со Сталиным. Просто политики постоянно генерируют какие-то лозунги, и ответом на них неизбежно являются другие лозунги: начинается демагогия, в которой обе стороны искусственно накаляется. Мало кто в такой ситуации может промолчать, хотя я уверена, что своевременное прекращение дискуссии решило бы большинство проблем. Лично я хочу позволить себе люксус — в некоторых ситуациях отказаться высказывать мнение по тому или иному вопросу, ничего не декларировать и просто замолчать.

Современная культура может показать образцы правильного поведения сегодня?

Проблема в том, что современная культура и искусство — это не более чем поток развлекательной индустрии. Хотя, безусловно, настоящее искусство есть во все времена, но сейчас в потоке общей информации оно менее заметно. Так что могу посоветовать читать классику. С другой стороны, функция искусства — это не столько воспитание на конкретных примерах, сколько мотивация человека думать, размышлять. Несколько хороших книг или стихотворений всегда дадут вам больше представления о происходящем в мире, чем десяток плохих фильмов.

А каковы критерии «хорошего» и «плохого»?

Определить их очень сложно. Нужно найти человека, мнению которого вы доверяете. А лучше всего — сформировать эти критерии внутри себя. Один знаменитый искусствовед, которого спросили, как он учит студентов разбираться в живописи, ответил: никак, нужно просто всё время ходить в музеи и галереи и учиться самим понимать, что хорошо, а что плохо. Это серьёзная работа, но она себя оправдывает. Если человек много читает, он сходит с лыжни чужих мыслей и начинает лучше формулировать свои собственные.

С каким впечатлением о России вы вернётесь в Германию?

С очень хорошим. Встречаясь здесь со многими людьми, я испытываю настоящую эйфорию: большинство из них постоянно жалуются на жизнь (и конкретные бытовые вещи действительно бывают ужасны), но вместе с тем с огромным энтузиазмом делают классные вещи и проекты. Мы были в Нижнем Новгороде, и я осталась в восторге от Центра современного искусства. Он потрясающе отреставрирован, и мы попали на шикарную выставку, посвященную 50‑летию современного искусства Урала. Нам также довелось принимать участие в поэтических чтениях в литературном кафе «Безухов». Там было столько молодых поэтов, и моему сыну очень понравился этот формат! Думаю, вернувшись домой, я напишу большой текст о России — о том, как все постоянно жаловались, но как же мне всё понравилось (смеётся)!