Легко и гениально

«Книжная Сибирь» согревает: в Новосибирске с 21 по 23 ноября с большим успехом прошёл XI Международный фестиваль «Книжная Сибирь». В течение трёх дней ГПНТБ СО РАН и другие площадки города стали центром притяжения для всех, кто любит книги. Фестиваль в очередной раз подтвердил статус одного из ключевых культурных событий Сибири, объединив литературных энтузиастов, писателей, читателей и культурных деятелей — всего около 10000 посетителей, 43 писателя и эксперта, более 100 участников книжной ярмарки; 111 мероприятий включали литературные встречи, мастер-классы, лекции и круглые столы. Хедлайнерами «Книжной Сибири» стали известные писатели: Юрий Поляков, Татьяна Устинова, Марина Москвина, Андрей Дмитриев, Таша Муляр, Алекс Хилл, Ольга Громыко, Андрей Павлов, Женя Гравис, Алекс Лини, Варвара Заборцева и поэт-военкор Анна Долгарева. Особой популярностью пользовались встречи с экспертами и блогерами — Юлией Комаровой, Светланой Шаклеиной и Никитой Яночкиным. Новосибирскую литературную сцену представили Наталья Берязева, Евгения Русинова, Ольга Харитонова, Алена Селютина и многие другие талантливые авторы, чьи творческие встречи и презентации собрали полные залы. Наша редакция традиционно подготовила ряд эксклюзивных интервью со звёздами фестиваля.

— О боги, Вольха, когда же в тебе проснётся взрослая женщина?
 — Неужели вам так мешает её храп?
Ольга Громыко. Профессия: ведьма

LT: Сейчас вы — культовый писатель, но насколько вам было сложно в начале нулевых попасть в издательство?

ОЛЬГА ГРОМЫКО: И раньше, и теперь в издательства поступает огромный поток рукописей, среди которых много графомании. А редакторов трудится традиционно немного, и, конечно, у них нет никакой возможности изучить весь полученный материал. Как и все начинающие авторы, разослав свои рукописи, сперва я не получила никакого ответа. Но потом я случайно познакомилась с писателем Михаилом Бабкиным. Он прочитал мою книгу и сам порекомендовал меня издательству «Альфа-книга». И это стало гарантией того, что в моей рукописи посмотрят хотя бы пару страниц. Два из трёх редакторов моё творчество одобрили: так была издана моя первая книга «Профессия: ведьма». И она, что называется, выстрелила. Но рекомендация — это далеко не гарантия, что у человека всё сложится гладко в карьере. Я и сама иногда рекомендовала издательству рукописи начинающих писателей, которые мне понравились, но ни один из них, к сожалению, так и не взлетел.

В наше время много сетевой литературы, стало ли авторам проще находить путь к читателям?

Конечно. Если раньше отверженная или незамеченная рукопись просто отправлялась в стол, то теперь у каждого есть возможность выкладывать своё творчество на площадках самиздата и находить там свою аудиторию. Да, по большей части в интернете качество литературы довольно низкое, но есть и достойные произведения, которые пользуются заслуженной популярностью. У людей разные потребности, вкусы, возраст, поэтому практически любая книга обретает своего читателя. У популярной сетевой литературы есть ряд особенностей, отличающих её от бумажных книг.

Я — автор старой закалки, пишу довольно медленно. Для меня быть писателем — это жизнь. Можно сказать, что я подобна колодцу, из которого нельзя черпать постоянно, иначе вода будет мутной. Поэтому я даю себе время наполниться, два-три года пишу одну книгу, тщательно собираю и обдумываю материал

Я бы назвала публикации в сети литературной журналистикой, своеобразной жвачкой для мозга. Такие произведения, как правило, не перечитываются, писатель каждый день выкладывает продолжение, а закончив одно произведение, начинает писать новое примерно в том же жанре, используя схожие тропы и сюжетные ходы. А читатель любит и ждёт привычное. Это для него комфортная и уютная среда обитания. Сейчас многие редакторы сами ищут авторов именно на площадках для самиздата, оценивая потенциал издания книги, поскольку не все те, кто читает автора в сети, готовы покупать бумажную версию. Но есть и удачные кейсы. Я слышала, что многие самиздатные авторы более коммерчески успешны, чем издающиеся на бумаге. В то время как средний тираж книги 5000 экземпляров, хиты сети набирают миллионы прочтений. Недавно я была на круглом столе, где популярный сетевой автор говорил, что в наше время писатель не может себе позволить вдохновение и роскошь писать для души, литература — это напряжённая работа, требующая регулярно выдавать определённый объём печатных знаков, иначе читатели тебя забудут, потеряют интерес. Но я — автор старой закалки, пишу довольно медленно. Для меня быть писателем — это жизнь. Можно сказать, что я подобна колодцу, из которого нельзя черпать постоянно, иначе вода будет мутной. Поэтому я даю себе время наполниться, два-три года пишу одну книгу, тщательно собираю и обдумываю материал. И я не люблю повторяться: бывает, начинаю сюжетную арку, но потом останавливаюсь, поскольку у меня уже что-то подобное было издано. Ищу что-то новое, оригинальное, ещё никем не охваченное. Сейчас я глубоко копаю белорусскую мифологию региона Полесье. Каждый день я пишу примерно одну книжную страницу, а после целый день её обдумываю. Я люблю использовать нейросети, генерировать видео или картинки, чтобы визуализировать свой сюжет, вдохновляться. Так что у каждого автора свой стиль и путь к читателю, и нет здесь правильного варианта.

Ваши яркий слог и юмор — это результат упорного труда или талант?

Это бессознательная работа. Я всегда пишу утром, примерно с 7 до 11 часов, пока мозг свеж. Для меня именно это время чистого творчества и вдохновения, потом уже включается техническая работа, редактирование. У меня нет литературного образования, по русскому мне часто ставили тройки, но за счёт того, что я много читаю, у меня хорошо развито интуитивное знание языка. Любая моя рукопись представляет собой пазл. У меня никогда нет чёткого плана, только синопсис, начало и финал истории, а между ними — огромное количество написанных фрагментов, из которых я потом выкладываю общую картину. У меня нет классических бетаридеров, а мои друзья и близкие обычно не читают моих книг, и я к этому прекрасно отношусь. Но у меня есть несколько человек, которым я в процессе творчества могу кинуть несколько фрагментов, чтобы оценить реакцию.

Любая моя рукопись представляет собой пазл. У меня никогда нет чёткого плана, только синопсис, начало и финал истории, а между ними — огромное количество написанных фрагментов, из которых я потом выкладываю общую картину

Это всё происходит легко с шутками, приколами, знаете, такая своеобразная ролёвка, хиханьки-хаханьки. Я им кусочек рукописи — они мне какие-нибудь комментарии. Именно так я обычно обкатываю идеи, смотрю, насколько читателям понятен текст и как они на него реагируют.

Ваши книги для многих людей оказываются терапевтичными. Можете ли вы сформулировать центральные темы своего творчества?

Я никогда не задумываю определённых тем. Мои истории — это моё мировоззрение, психологические травмы, которые я прорабатываю. Причём мне понравилось, как читатели приписали мне определённую психологическую травму, не зная, что я её уже преодолела, но с другой стороны барьера. Но в книге я примерила на себя роль человека, который её получил. Мои книги рождаются из героев, характеры которых я себе ярко представляю. Я люблю фэнтези и фантастику, и никогда не хотела бы попробовать себя в иных жанрах. Подруга как-то просила меня написать что-то более, на её взгляд, серьёзное, вроде Стругацких. Но теперь она с удовольствием читает мои книги, и больше подобных идей не выдвигает.

А как вы относитесь к негативным отзывам, когда читатели сами пишут автору?

Специально я отзывы не ищу. Когда книга только-только выходит, я смотрю, как её принял массовый читатель, а потом отпускаю и перехожу уже к новой рукописи. Понятно, что моё творчество не может нравиться абсолютно всем, и это нормально. И так же нереально, чтобы оно не понравилось никому. Я и сама достаточно придирчивый читатель. Бывает, начинаю книгу, а там так наивно, что на зубах сахар скрипит. Но я понимаю, что просто я — не целевая аудитория, и книга прекрасно зайдёт юным читательницам. Есть и обратная ситуация. Например, давно у меня вышла книга «Цветок камалейника», которую тогда много хейтили. Молодая аудитория, восторженно принявшая цикл о Вольхе, была разочарована. Но сейчас, спустя несколько лет, они подходят ко мне и говорят: «Спасибо, мы перечитали «Цветок камалейника», и теперь она нам безумно понравилась». Значит, доросли. Вообще, в моих социальных сетях царит диктатура, если ко мне приходит потребитель высказать свой негатив, то я отправляю его в бан, чтобы не мешал тёплой и дружеской атмосфере. Я веду паблики не для раскрутки книг, не для отзывов, а просто потому, что хочу чем-то делиться с аудиторией. Я не гонюсь за пиаром, меня вполне устраивает уровень популярности, который у меня сейчас есть. Поэтому в своём паблике я могу не появляться неделю, и писать там, о чём вздумается: о своих котах, творчестве или зарисовках из жизни, например, как я с приключениями летела к вам в Новосибирск. (Улыбается.)