Контрастный душ из форм и смыслов

LT: БДТ – театр с более чем столетней историей, и в то же время это современное пространство, где идут экспериментальные постановки. Как сочетаются вековые традиции с новаторскими идеями?

ВЛАДИМИР РОЗАНОВ: История театра, начавшаяся в 1919 году, обязывает держать высокую репертуарную планку. Здесь работали поэт Александр Блок и драматург Максим Горький, режиссёры Георгий Товстоногов, Кирилл Лавров, Темур Чхеидзе, Андрей Могучий.

В настоящее время труппа театра объединяет артистов разных поколений – и таких мэтров, как Алиса Фрейндлих и Олег Басилашвили, и вчерашних выпускников театральных институтов. Сегодня в расцвет профессиональной силы вошло старшее поколение актёров БДТ – народные артисты России Нина Усатова, Валерий Дегтярь, Марина Игнатова… Всё это даёт плодотворный синтез театрального наследия и современных драматургических направлений, что проявляется прежде всего в постоянном творческом поиске с опорой на театральные традиции. Так, например, в уходящем году состоялась премьера «Утиной охоты» Антона Фёдорова по пьесе Александра Вампилова – текст здесь используется скорее для раскрытия режиссёрского замысла, а не как основа постановки.

Так же, как и в спектакле «Моцарт и Сальери», представленном БДТ в Новосибирске?

Да, молодые режиссёры здесь вступают в диалог с текстами «Маленьких трагедий». Такой подход был изначально ориентирован на школьников, для которых и была создана трилогия «Моцарт и Сальери», «Каменный гость» и «Пир после чумы».

Приходя в зал, зрители видят не иллюстрации к текстам, а истории, рассказанные силами драматического искусства

Вот только «Скупой рыцарь» не вписался в нашу концепцию. Спектакли оказались не менее интересны и для взрослой аудитории. Приходя в зал, зрители видят не иллюстрации к текстам, а истории, рассказанные силами драматического искусства. Каждый раз, когда мы начинаем работать с каким-то произведением, в нём открываются новые смыслы.

Постановка Александры Толстошевой «Моцарт и Сальери» – это во многом импровизация, перфоманс, где перекраиваются мизансцены, а пушкинский текст несколько раз воспроизводится заново. Так в этих повторах, не ограниченных временем спектакля, рождается истинная история Моцарта и Сальери. Наиболее короткий спектакль получился во время премьеры – всего 40 минут; самый длинный шёл около пяти часов. Оптимальная версия – два часа, но вообще мы могли бы, наверное, играть сутки, если бы стояла такая задача. В «Опыте драматических изучений» всё возможно.

Вы выполняете в спектакле сразу роль и музыканта, и актёра?

Артисты оркестра могут участвовать не только в музыкальном оформлении, но и в самом действии спектакля. Когда мы начали работать над постановкой, то выучили наизусть всё произведение, чтобы знать каждое слово, каждое движение драматургической мысли, и на этой основе выстраивать импровизацию. Порой в ходе спектакля меняется структура, и мы выходим вообще в какие-то совершенно неизвестные смыслы и ситуации, в результате чего, к примеру, Моцарт может отравить Сальери.

Каждый раз, когда мы начинаем работать с каким-то произведением,
в нём открываются новые смыслы

С коллегами по сцене, актёрами Павлом Юриновым и Андреем Феськовым, мы уже настолько хорошо друг друга чувствуем, что иногда предугадываем развитие событий, а иногда они, наоборот, становятся для нас сюрпризом, что всегда вызывает живой интерес.

Вообще я люблю переключаться с работы в классической постановке на экспериментальные проекты – это отличный контрастный душ. Я начал свой профессиональный путь в театре им. Ленсовета, поэтому классический репертуар для меня привычен. А оказавшись в БДТ им. Товстоногова, с удовольствием стал погружаться в идеи новаторских постановок.

Примечательно, что ваш первый спектакль в БДТ поставлен новосибирским режиссёром Андреем Прикотенко.

Да, это «Калека с острова Инишмаан» по пьесе Мартина МакДонаха. Спектакль создан в 2013 году – Андрей Прикотенко тогда активно сотрудничал с БДТ. Кстати, я знаю немало талантливых ребят из Новосибирска, например, режиссёра Артёма Злобина из НДТ. И, конечно, Новосибирск известен своими музыкантами – здесь преподавал Захар Брон, отсюда родом Вадим Репин, дирижёр Теодор Курентзис возглавлял театр оперы и балета. Кстати, я сейчас работаю в питерском коллективе Теодора – musicAeterna. И наш звукорежиссёр Виктор Семёнов, который приехал сейчас нами, также из Новосибирска.

Владимир, а какие спектакли БДТ вы бы порекомендовали для знакомства с театром?

Я настоятельно советую посмотреть постановку Андрея Могучего «Материнское сердце», где блистательно играют Нина Усатова и Андрей Феськов – это ярчайший спектакль последних лет, отражающий русскую действительность. Ещё один замечательный спектакль Могучего – «Гроза» по пьесе А. Н. Островского.

Вообще в Питере нужно посетить четыре основных театра – БДТ, Александринский, Малый драматический театр и театр им. Ленсовета. Это столпы театральной жизни города. И, конечно, Петербург – столица негосударственных драматических театров. Среди них у меня особый интерес вызывает «Социально-Художественный театр», для которого я написал довольно много музыки. Также отмечу «Плохой театр», где работает режиссёр Дмитрий Крестьянкин, и «Небольшой драматический театр» под руководством Льва Эренбурга. Приезжайте, выбирайте, смотрите – вам понравится!