«Корабль» стал больше: Сергей Полунин о семье и театре будущего

LT: Сергей Владимирович, приятно спустя много лет вновь видеть вас гостем нашего номера и вдвойне приятней встретиться с вами в Москве, ведь была информация, что вы уехали из России…

СЕРГЕЙ ПОЛУНИН: Пишут разное. Но я как русский человек попрощался… и не уехал! Хотя мысли действительно были, и я даже высказался об этом в интернете, а СМИ мгновенно подхватили. Но важнее другое: вне зависимости от внешних и внутренних факторов в России была проделана большая работа, удалось создать несколько больших постановок. В частности, спектакль-балет «Мастер и Маргарита» при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Премьера состоялась в «Крокусе» для 7000 человек. К слову, именно этот проект когда-то заставил меня вернуться в Россию из Дубая.

Также хочу отметить последнюю постановку «Преступление и наказание» под живую музыку. Получился танцевальный шансон, в создании которого мне помогли мои друзья. Если бы не они, я бы намного раньше решил покинуть страну. Горжусь, что был доверенным лицом Владимира Путина на президентских выборах 2024 года. Он мне нравился с детства, я его внутренне защищал.

А ещё я имел возможность быть сопричастным в Севастополе к формированию государственной балетной школы. Смог поделиться своим опытом учёбы в лондонской Королевской балетной школе, фонд Рудольфа Нуреева дал мне возможность приехать в Англию, а я со своим фондом с благодарностью помогал детям иметь возможность заниматься балетом в Крыму. И самое лучшее, что может быть — видеть талантливых детей, которые приходят, а у них есть всё для дальнейшего развития.

Я как русский человек попрощался… и не уехал

Но так получилось, что сейчас здесь для меня закрылись варианты развития. А куда ехать – непонятно. Да и опасно это сейчас. Европа недоступна. Не в ту страну въедешь, и не знаешь, кто тебя встретит, куда отправит. Нужно аккуратно действовать. Это раньше я мог переезжать из Дубая в Майами. Но каждый раз приезжаешь ни с чем, начинаешь с нуля. Сейчас, когда «корабль» стал больше – семья больше, такие моменты надо учитывать.

Да! Вы стали многодетным отцом. Что значит для вас этот новый статус, учитывая, что вы сами были одним ребёнком в семье?

И я, и Елена были единственными в своих семьях. От себя могу сказать, что как-то не хотелось братьев и сестёр, я был абсолютно доволен, что я один. А у нас родилось три сына, причём они появлялись каждые два года почти в один и тот же период, и это не специально – словно портал открывается в определённое время.

У меня будто новая жизнь с каждым ребёнком начинается

Дети у нас родились в разных местах: Мир – в Майами, у него и украинский, и американский, и российский паспорта. Дар – в Дубае. Он, правда, не «араб», у него русское гражданство. Эра и дочка Руна, которая появилась два месяца назад, родились в России. 

У меня будто новая жизнь с каждым ребёнком начинается.

Кто выбрал такие необычные красивые имена детям?

Лена сказала: «Имена детям придумываешь ты» — так право выбора досталось мне. И над первым мы думали много, месяцев восемь. Были разные версии. А мы тогда ездили по миру, я смотрел на небо, на мелькание молний, на море и думал: «Где-то здесь таится это имя». И понял, что я смотрю на мир. Вот так пришла идея этого слова. Оно короткое, многогранное, обозначающее что-то необъятное и неопределённое.

С применением этой логики имя Дар родилось намного быстрее и проще. Ну, а Эру, учитывая, что у братьев короткие имена из трёх букв, я и не мог назвать Сашей или Сережей, сам Бог велел действовать в том же направлении. Возможно, повлияло подсознательно то, что в детстве я услышал Бог любит троицу.

Когда я задумался над именем дочки, то мне пришло только одно имя — Руна, и так совпало, что четвёртый ребенок и четыре буквы в имени. А четыре, как я помню с детства, это число Девы Марии.

В чём вы находите главный ресурс и баланс между своими профессиональными задачами  и отцовством?

Правильное слово — это баланс. И его нужно найти между работой и семьёй, а время почти всё забито, нет свободных минут. Ты всегда к кому-то идёшь – с одним ребёнком погулять, потом со вторым, с третьим. И каждому нужно уделить собственное, один на один, время.

Нам очень помогают родители. Мне кажется, без помощи бабушек, дедушек справиться одним с таким количеством детей было бы нереально. Поэтому родители – наше всё: ты можешь спокойно доверить своих детей родным людям, чтобы и отдохнуть, и выспаться, и поработать.

Каких принципов воспитания вы придерживаетесь в своей семье? На страницах журнала мы часто задаём вопрос: «Какой он должен быть человек нового поколения? Кого растим?» Как вы это видите?

Все дети рождаются со своими навыками и со своим каким-то мировоззрением. У нас четыре ребёнка, и они абсолютно разные люди. Даже когда были совсем маленькими, все по-разному себя вели. С Миром надо было уже в шесть утра выбегать с коляской на улицу. И я только успевал поспать на лавочке, а Лене приходилось часами ночью кружить Мира на руках по кругу, ему это очень нравилось. И он не давал остановиться, а когда у Лены заканчивались силы, я перехватывал и продолжал кружить. То есть абсолютно вот такое выматывание ребёнком всех вокруг. Когда Лена была беременна Миром, она танцевала в созданном нами балете «Распутин», и мне кажется, сыну передалась энергия Распутина, который любил часами кружится в танце и говорил, что молиться Богу можно в танце так же хорошо, как и в монастыре, хвалить Его в радости за то добро, которое Он создал, как царь Давид танцевал перед ковчегом Господа.

Дар, как и Эра, совершенно другие. Руна, хоть и маленькая, а максимально умно себя ведёт: только если ей что-то мешает – поплачет чуть-чуть. 

И за этими их особенностями нужно внимательно следить и просто развивать их плюсы. Смотрим – Мир артистичный, значит, отправляем его в артистический кружок, где он может петь, танцевать, развивать свои навыки. Дару вообще никуда не интересно ходить, хотя он мегаталантливый. У него абсолютно балетное тело, и если бы он пошёл в танец и балет, его не нужно было бы учить. То есть Богом всё дано человеку. Но он не хочет, и заставить его невозможно поэтому дожидаемся от него решения и желания. Эра любит футбол. Он прямо счастлив, когда у него рядом мяч, и он со всей силы точно его пинает. Возможно, он и пойдёт в футбол.

Ну и главное – всегда надо спрашивать. Моя мама меня, например, всегда спрашивала, хотя она и такая сильная личность, которая готова заставить, добиться своей цели. Но у меня был выбор, и я внутренне задавался вопросом: «Действительно я готов туда ходить? Действительно ли это стоит тех или иных усилий?». И я как-то отвечал, заглядывая и прислушиваясь к себе.

Вы говорили о важности поддержки и наличия правильного наставника в жизни – для вас таким человеком в профессии стал Игорь Анатольевич Зеленский. Как эта дружба повлияла на формирование вашего собственного внутреннего стержня?

Игорь в моей жизни появился в очень важный период. Считается, что у мужчины только после 27 лет формируется мозговая коробка, и он может более-менее оценивать ситуацию. И действительно, я сам лет до 26-27 будто бы ничего не видел, не слышал. Плыл по течению, поддаваясь сумбурным эмоциям. Может быть, танцовщики, как и спортсмены, взрослеют чуть попозже. Этакий тинейджерский период — он важен, но довольно своеобразен.

Мне повезло, что попался такой человек, как Игорь, который присмотрел за мной, направил в плане искусства, дал мне возможность станцевать русский классический репертуар балетов, а также драматических произведений, привезённых из Англии и Франции.

Когда Игорь решил уехать в Мюнхен, мне было жалко, так как я не хотел терять возможности танцевать в России. В Баварии он выстроил очень сильный балет. Ему вообще всё там нравилось – и  жизнь, и то, что он делал. Ну и для меня, наверное, это тоже было хорошо, так как я не танцую в принципе классический балет нигде, кроме как у Игоря. То есть это была возможность и для меня тоже быть на сцене. Но помимо работы самое главное, что я нашёл в Игоре — это родственную душу.

Раз уж мы заговорили о наставничестве и объединении ради большой цели... Наш апрельский номер посвящён общенациональному сплочению. Вы не только артист, но и руководитель, знающий, как устроены большие проекты. Как вы думаете, какая идея могла бы не просто объединить современное бизнес-сообщество России, но и быть экономически выгодной для всех?

Если оставаться в рамках культуры, то это такая идея, которая уже положила бы конец продвижению посредственных любительских проектов. По природе человеку требуется творить: кто-то готовит, кто-то музыку пишет, кто-то ракеты создаёт. Но все мы делаем это на разном уровне. И порой не всё творчество нужно нести в мир. Я, наверное, сейчас брошу камень в сторону аппарата президента, в чиновников, которые сидят там на руководящих должностях. У них такая колоссальная ответственность – быть проводниками, находить талантливых людей и помогать им, направлять, соединять. Задача – не освоить бюджет, а раскрыть уникальность людей в России. Это жизненно необходимо! Ведь на Олимпиаду не посылают среднестатистических спортсменов — то же самое и в искусстве. Хочется видеть лучшее, это и формирует культуру и индустрию.

Не за землю нужно цепляться, не за стены, не за названия,
а именно за людей. А в России, как нигде, много талантов

Вот почему я три раза уже уезжал из России? Да потому что приходишь, разговариваешь с людьми, а там – пустота, и ты просто как об стенку бьёшься с любой идеей.

Когда мой документальный фильм показывался в Америке, ко мне после премьеры подходили разные люди с предложениями о сотрудничестве. В Англии сразу же не подходили, у них так не принято, но отклик был позже. А в России исторически сложилось, что талант должен пробиваться сам. А я считаю, что таланту нужно помогать, не душить человека, а спросить, что ему нужно, какое ви́дение у него. Для меня это – основа основ: не за землю нужно цепляться, не за стены, не за названия, а именно за людей. А в России, как нигде, много талантов.

Но есть ли для этого сейчас реальные возможности и ресурсы?

Ресурсы есть. Я знаю, что выделяются огромнейшие деньги на разные проекты, и не всегда глобального качества. Нужно менять мышление. А ещё я недавно пришёл к тому, что людям должно быть не всё равно. Безразличие – самое страшное. Это губительно для страны. В советское время многое держалось на энтузиазме, поэтому и в космос первыми полетели. Сейчас в правительстве не хватает таких энтузиастов, чтобы, искали, поддерживали, соединяли талантливых людей.

Людям должно быть не всё равно. Безразличие – самое страшное

Я не говорю про награды. Меньше всего хочется быть заслуженным или народным артистом, когда ты не можешь воплотить в жизнь то, что должен воплотить.

Вы пробовали себя в разных жанрах: было и кино, и мюзиклы, и экспериментальные формы. Что сегодня вас привлекает, волнует, какие идеи хотели бы воплотить в жизнь?

Вот Елена подарила мне дочку, и с приходом Руны в нашу жизнь мы почувствовали новый виток любви, мощную позитивную энергию. Она окутывает тебя, даёт силы, окрыляет. Я знаю, как мне повезло, что я живу в любви: Елена и дети —  это фундамент и основа меня сейчас.

Хочу создавать что-то уникальное вообще для нашего времени

А следующий шаг — реализация нового проекта. Не буду раскрывать идею, так как она ещё на стадии договорённости. Скажу только, что это очень известный рэпер, стоящий у истоков создания русского рэпа. И я хочу чтобы его музыка стала основой для спектакля и танца. Это будет современный, мощный и, как мне кажется, уникальный проект.

И ещё один для меня шаг — это найти то место, условно, свою базу, где я бы мог показывать свои спектакли, сотрудничать с другими артистами, создавать что-то уникальное вообще для нашего времени. Мы уже создали спектакль-балет «Ромео и Джульетта» с костюмами от Дольче и Габбана для Арены ди Верона в Италии, где присутствовали 10000 зрителей, а лондонскую премьеру в Альберт-холле посетили 5000 человек. Наш мультимедийный балет «Данте» («Божественная комедия») сочетает классическую основу, современный танец, оригинальную музыку и масштабные визуальные эффекты, над которыми работали артисты, создающие сценографию для концертов Рианны и написавшие музыку к фильму «Дэдпул». Это было специально создано для недельного показа в Театре Данте Алигьери*, посвящённого 700-летию со дня смерти Данте. Российская премьера прошла в Крокус Сити Холле.

Очень хочется найти такую точку. Прямо сердце болит за Россию, и как будто бы должно получиться здесь. Но, опять же, то самое равнодушие присутствует. Нужно найти правильный выход, заинтересованность, чтобы реализовать задуманный масштаб. Может быть, получится скорее в Китае или в Америке? Может, Илон Маск со своими технологиями и ресурсами захочет театр будущего создать? Я знаю, что всё получится, и держу сердце открытым. В нужный момент всё случится, а если не случится, то я и так самый счастливый на свете папа и муж, хоть моя жена и не любит слово «муж». (Улыбается.) Зато я её люблю!

*Оперный театр в итальянском городе Равенна, где Данте провёл последние годы жизни и завершил работу над «Божественной комедией». – Прим. ред.

Благодарим за помощь в проведении интервью Эдлену и Тамерлана Короневских