Дружба, вера и большой успех

Учиться отдавать

Я работаю с людьми уже 26 лет, и остро чувствую, что у нас сегодня огромный дефицит доброты. Люди разучились отдавать.
Однажды, когда мы только начинали строить синагогу в Новосибирске, я обратился к одному состоятельному человеку за помощью. Он посмотрел на меня и сказал: «Научи нас давать. Нас не научили». Эти слова я запомнил на всю жизнь. Поэтому моя миссия — учить людей добру, которого и ждёт от нас Всевышний.
Меня часто спрашивают: если Бог есть, почему Он не сделал всех богатыми? Почему не сделал всех здоровыми? Зачем в мире столько неравенства и боли? И я отвечаю: это не ошибка Творца, это Его замысел. Потому что если бы все были богаты — кому бы мы помогали? Если бы все были здоровы — о ком бы мы заботились? Неравенство — это не проклятие, а приглашение к добру. Когда человеку даются большие деньги, это не значит, что он лучше других или умнее. Это значит, что Бог доверил ему особую миссию — распорядиться этими средствами правильно. Богатый человек — это управляющий Божьими ресурсами, а не их владелец, и по-настоящему богатым человека делает не кошелёк, а способность делиться. В еврейской традиции есть понятие «десятина». Даже тот, кто сам получает помощь, должен отдавать 10 % на благие дела. По сути, Всевышний — наш партнёр. Он даёт нам здоровье, силу, возможность зарабатывать. И просит взамен лишь малую часть, чтобы через нас в мир пришло добро. Но если человек не отдаёт свою десятину, а копит только для себя, Всевышний находит другого партнёра. Всё очень просто: 10 % — не твои. Это доля Бога в твоём бизнесе. И когда ты это понимаешь, твоё богатство становится благословением, а не бременем.
Я знаю много богатых людей, у которых есть всё, но они абсолютно несчастны. Потому что счастье — не в накоплении, а в отдаче. Самое большое счастье человек испытывает, когда помогает другому. Это чувство остаётся с ним навсегда. Когда человек умирает, никто не вспоминает, сколько он заработал. Все вспоминают, сколько он помогал и каким он был добрым. Вот это и есть настоящая вечность.

Разговор, изменивший всё

Наша большая дружба началась 23 года назад. Тогда мы строили синагогу и общинный центр. Ко мне подошел Леонид Матвеевич Шайман и стал рассказывать, как он помогает православной церкви в Иерусалиме. Я выслушал его и сказал: «Это прекрасно — помогать. Но вы еврей. А своей общине в Новосибирске вы ещё не помогли. Как это выглядит?» Эта идея его зацепила. С той поры началась наша история. Леонид Матвеевич помогал нам в строительстве синагоги и общинного центра, благодаря его помощи мы позже построили интеграционный центр «Лев». Это первый такой центр в России. Идею я привез из Израиля, где консультировался с основателем самого известного центра для детей с инвалидностью «Шалва».

Интеграционный центр «ЛЕВ» и Музей чувств — это проекты для всех детей Новосибирска, вне зависимости от их национальности или вероисповедания

Мы поняли главное: нельзя просто изолировать особенных детей. И нельзя механически засовывать их в обычные классы — это вредит всем. Нужна интеграция. В нашем центре дети с ограниченными возможностями учатся отдельно, но играют, плавают, поют и общаются вместе с обычными детьми.
У нас есть бассейн. Когда мы начинали его строить, Леонид Матвеевич сказал: «Одно условие — это будет лучший бассейн в Новосибирске». Так и получилось. Дети плавают там вместе, обычный ребёнок и рядом ребёнок-инвалид. И никого это не смущает. Вот это и есть настоящее воспитание доброты — не словами, а практикой. Дети становятся волонтёрами, они чувствуют себя нужными, растут другими людьми.

«Музей чувств»: чудо, которое учит эмпатии

Сейчас мы начинаем в Новосибирске проект, которого нет нигде в России. Мы называем его «Музей чувств», или «Нес», что на иврите означает «чудо». Это развивающий центр добра, эмпатии и взаимоотношений.
Представьте: ребёнок заходит в полную темноту на час. Его гид — слепой человек, он сам ведёт его по комнатам, учит жить без зрения. Там будут пространства, моделирующие квартиру, рынок, улицу и ресторан, где можно будет поесть в полной темноте. Я был в таком музее в Израиле. Это невозможно передать словами. Выходя на свет, ты начинаешь благодарить Бога за то, что у тебя есть глаза. Но самое ценное — ты проникаешься огромным уважением к слепому гиду, который в темноте становится твоим учителем.
Рядом будет зал тишины, где посетителям наденут наушники, а гидом выступит глухой человек. Общаться можно будет только жестами, а в конце экскурсии через переводчика задать своему гиду вопросы о жизни в полной тишине. Наша задача — вытащить детей из телефонов и научить их сочувствовать.
Проект масштабный, планируется несколько этажей и свыше 1500 м музейных и общественных пространств. Главную финансовую поддержку нам снова оказывают неравнодушные люди, в том числе Леонид Матвеевич Шайман и «Карелин-фонд». Это их общий вклад в будущее наших детей.

Я искренне благодарен Леониду Матвеевичу и «Карелин-фонду» за всё добро, которое они делают для всех. И за то, что мы сейчас вступили в грандиозный достойный проект «Музей чувств Нес», который является развивающим центром. Наша цель — воспитание детей на добро, эмпатию и взаимное отношение. Я уверен, что данный проект будет украшать наш город не меньше чем проект — интеграционный центр «Лев», который отлично работает и дает прекрасный результат.

Доброта объединяет

АЛЕКСАНДР КАРЕЛИН: Мы с Леонидом Матвеевичем Шайманом дружим много лет. У нас общие ценности и схожее спортивное воспитание. И это нам помогает совместно реализовывать благие дела.

ЛЕОНИД ШАЙМАН: Самая большая удача в моей жизни — знакомство с Сан Санычем Карелиным. Люди говорят, что мы оба «из космоса» или были обречены встретиться. Наша дружба началась в 1980-е годы и продолжается до сих пор. Одним из первых проектов стало создание в Новосибирске команды неравнодушных, единомыслящих людей «Карелин-фонд». Настоящие друзья — хоккеисты, борцы, сибиряки, которым близка спортивная среда. Сначала мы помогали развивать спортивные инициативы и традиции, участвовали в турнирах, например, в создании системы турниров по борьбе, посвящённых Александру Карелину. Постепенно добрые дела легли в основу проекта «Наследие», в рамках которого возведены памятники хоккейному тренеры Анатолию Тарасову, «чемпиону чемпионов» Ивану Поддубному, кузбасскому «классику» Владимиру Манееву, открыли мемориальные доски, выпустили множество видеофильмов, брошюр, книг о знаменитых людях и замечательных, выдающихся спортсменах России. Эта история длится уже более 30 лет. Турниры собирают стадионы неравнодушных людей, которые видят путь, пройденный Сан Санычем вместе с его тренером Виктором Михайловичем Кузнецовым. Думаю, что эти турниры стали важным явлением уже для нескольких поколений детей.

Самая большая удача в моей жизни — знакомство с Сан Санычем Карелиным. Люди говорят, что мы оба «из космоса» или были обречены встретиться. Наша дружба началась в 1980-е годы и продолжается до сих пор

Путь одной иконы

ЛЕОНИД ШАЙМАН: В дальнейшем возникали и другие, порой неожиданные благотворительные замыслы. Одно из них — участие в строительстве часовни на Святой Земле, в Иерусалиме, на территории храма Гроба Господня.  В составе сборной команды СССР, как капитан команды Александр Карелин был на святой земле. Опираясь на нашу дружбу, я помогал с организацией познавательно-экскурсионной программы для команды. Так мы оказались в Александровском подворье, участке русской земли. В этом месте, в частности, расположена святыня, связанная с порогом Судных врат; по преданию, отсюда Иисус взошёл на Голгофу.
Позже мы создали на территории храма часовню, где можно проводить религиозные обряды — крещение, венчание и другие. После завершения строительства нам в качестве благодарности вручили намоленную икону Александра Невского 1909 года. Путь оказался непростым. При вывозе из Израиля возникли вопросы, связанные с возрастом иконы и необходимыми разрешениями. В Москве также потребовалась экспертиза. Но благодаря участию людей, которые понимали историческую и духовную ценность этой реликвии, все необходимые вопросы удалось решить. Особенно важной была поддержка Александра Карелина. Благодаря общим усилиям икона была доставлена в Новосибирск, где в Александро-Невском соборе успешно работает паломнический центр и именно туда с святой земли пришла икона. Для меня эта история важна не только судьбой самой иконы. В ней удивительным образом соединились разные люди, города и религиозные традиции. Мы участвовали в создании православной часовни в Иерусалиме, а переданная оттуда святыня обрела свой дом в Новосибирске. Мне кажется, подобные истории лучше любых деклараций говорят о взаимном уважении между людьми разных культур и вер.

АЛЕКСАНДР КАРЕЛИН: Эта икона непростая. Обретенная в Иерусалиме в 1909 году, без подписи иконописца — раньше монахи соблюдали «молчание русской иконы». По одной из версий, она прибыла на Святую Землю вместе с гробом великой княгини Елизаветы Фёдоровны. Представляете, какая концентрация истории? Когда икона прибыла в Новосибирск, я пошел в Александро-Невский собор к отцу Александру Новопашину. Думал, будет простая транспортная операция: мы пришли с шуруповертами, с доверенностями, распаковали. А получился настоящий торжественный приём. Отец Александр организовал прекрасную службу. И теперь эта ростовая икона Александра Невского расположилась в левом пределе собора.

Эта икона непростая. Обретенная в Иерусалиме в 1909 году, без подписи иконописца — раньше монахи соблюдали «молчание русской иконы».
По одной из версий, она прибыла на Святую Землю вместе с гробом великой княгини Елизаветы Фёдоровны. Представляете, какая концентрация истории?

Так еврей Леонид Шайман помог православной церкви в Иерусалиме. В ответ православные передали святыню нам в Новосибирск. И она нашла свой дом в нашем храме. Вот это и есть настоящее единство народов, живая связь между людьми разных вер, которые уважают друг друга и объединены общим делом.

Тора, прошедшая сквозь время

ЛЕОНИД ШАЙМАН: Да, несомненно, и очень хотелось бы, чтобы такие истории жили дальше, я стараюсь приглядывать за их судьбой, не ограничиваться разовой помощью.
Один из проектов, реализованных вместе с «Карелин-фондом» — школа «Лев» в Новосибирске для особенных детей. Как уже говорил раввин, её философия состоит в том, чтобы здоровые дети могли общаться с детьми с особенностями развития и учиться у них — через сострадание и гуманизм. Это помогает детям с особенностями адаптироваться, а родителям даёт возможность немного передохнуть.
С нашей школой связана история старинной Торы, или правильнее будет называть её свитком Торы. Эту реликвию мне подарили на 60-летие, инициатором подарка стал Дмитрий Александрович Бертман, художественный руководитель «Геликон-оперы». В то время в Москве планировалось строительство международного онкологического центра — сложного объекта, связанного с ядерными технологиями. Обычная подготовка, согласования и экспертизы могли бы занять от пяти до десяти лет, но мы не имели права так долго ждать. Я участвовал в организации строительства и это была практически нереализуемая, невероятно амбициозная задача. Подумал: раз мне подарили Тору, пусть сопровождает меня во время реализации проекта. Она прошла этот двухлетний путь вместе со мной. Проект был под контролем множества организаций, а в сложные моменты меня поддерживали префект Центрального округа Владимир Вячеславович Говердовский и мой неизменный друг Сан Саныч Карелин. Наше утро начиналось с эмоциональной зарядки в семь утра: «Не волнуйся, всё получится, всё будет хорошо». Сегодня центр является одним из лучших в Европе и принимает до 350000 пациентов ежегодно.
Примерно в это же время я, по настоянию Шнеура Залмена Заклоса, решил помочь строительству в Новосибирске синагоги. Наше знакомство с раввином началось после того, как он узнал, что я участвовал в создании православной часовни в Иерусалиме. Тогда раввин Заклос сказал мне: «Православный храм — это хорошо, но вы родились и умрёте евреем. Давайте строить синагогу в память ваших родителей». Так я стал участником и этого доброго дела. После завершения строительства синагоги возник уже проект школы и интеграционного центра «Лев», теперь — музея.Я не считал возможным хранить Тору дома или допустить, чтобы она оказалась в частной коллекции либо на антикварном аукционе. Поэтому передал реликвию школе, где раввин Заклос выставил её в актовом зале. Теперь она помогает детям узнавать больше о разных культурах и стала одним из символов притяжения школы. Насколько я знаю, подобной Торы в Сибири больше нет.

ШНЕУР ЗАЛМЕН ЗАКЛОС: Старинный свиток Торы — это бесценный дар к открытию нашего центра от Леонида Матвеевича. Свитку около 150 лет, на одной из страниц видна кровь — след погромов, через которые прошёл еврейский народ. Возможно, кто-то, истекая кровью, прижимал его к груди, и этот свиток выжил. Теперь он хранится у нас как символ вечности и как память о родителях Леонида Матвеевича. Свиток Торы — это не просто книга, а инструкция от Всевышнего. Человек — самая сложная машина на планете. К любому телефону прилагается инструкция. А где инструкция к человеку? Она есть. И мы должны её читать и жить по ней. Главное в этой инструкции — любовь и доброта. То, что Леонид Матвеевич Шайман подарил нам Тору, показывает, что можно быть успешным бизнесменом и при этом оставаться глубоко верующим человеком, который помнит свои корни.

Благотворительность — это не про деньги

ЛЕОНИД ШАЙМАН: Для меня важны простые вещи: уважать людей, не быть равнодушным, откликаться на просьбы и действовать через человеческие отношения. Мой отец был профессором-вирусологом, заведовал научным подразделением, занимался природно-очаговыми инфекциями, бешенством и риккетсиозами (группа острых инфекционных заболеваний, вызываемых внутриклеточными паразитами. — Прим. ред.) Его работа и штамм «Славянка», как я понимаю, хранятся в архиве Института Гамалеи. Возможно, поэтому медицина для меня всегда остаётся важной темой. В детстве у меня было много свободного времени, жили мы на окраине города, где соседи были разными, и спорт во многом определил мою судьбу. Если бы не хоккей, возможно, я пошёл бы по другой дороге. Позже я окончил институт, а затем оказался вовлечён в медицинские проекты и исследования, которые остаются важными для меня. Мы участвуем в онкодиагностике и онкогенетике, у нас есть патенты, в том числе, совместно с Алексеем Кривошашкиным, разработки по лечению глиобластомы. Поиск новых решений продолжается; одно из направлений сегодня — активное долголетие. Думаю, папа порадовался бы за меня, что удаётся помогать воплощать столько важных проектов, связанных с медициной. Отец говорил мне: «Лёня, ты не солнце, всех не обогреешь». Но я не вполне внял этому совету. Впрочем, благотворительность я не выбирал как отдельную сферу: она возникает по обстоятельствам, когда видишь, что можешь помочь.

АЛЕКСАНДР КАРЕЛИН: Леонид Матвеевич подарил еврейской общине старинный свиток Торы, а православному храму от нас пришла икона Александра Невского. Так в Новосибирске одновременно появились две великие святыни — иудейская и христианская, и обе — благодаря дружбе. И в Год единства народов России это лучший пример для подражания. Мы не рассуждаем о том, чья вера правильнее, мы вместе строим бассейны для детей-инвалидов, музеи для воспитания доброты, восстанавливаем историческое наследие. Когда люди разных религий объединяются ради добра, они способны изменить мир вокруг себя.